"...читать нужно не для того, чтобы понять других, а для того, чтобы понять себя". Эмиль Мишель Чоран

понедельник, 18 апреля 2016 г.

Глобальные природные символы в романе М. Булгакова «Мастер и Маргарита»

Ж.Уткина
Роман «Мастер и Маргарита» называют «закатным». Но только ли потому, что это последнее творение великого писателя? Роман начинается и заканчивается на закате. «Однажды весной в час небывало жаркого заката, в Москве, на Патриарших прудах, появились два гражданина»1. На закате покидают город Воланд и его свита, уводя за собой двух верных влюбленных– Мастера и Маргариту. И постоянно встречающиеся (в 10 главах из 32) закаты, рассветы, жаркие полудни – все это наталкивает на мысль, что в романе Булгакова солнце, как и луна, заливающая своим светом 12 глав и эпилог, как и гроза, неизменно сопутствующая перелому в судьбах героев и переходу повествования в новое качество, – не просто природные явления и «эффектные декорации»2.  Это нечто большее, это – символы.
 
Каким же образом природные явления приобретают символическое значение?    Л. Г. Ионин пишет: «Одни и те же факты в рамках какой–либо из сфер реальности (понимаемых как сферы опыта) могут трактоваться либо как знаки, либо как символы. В первом случае они входят в целостную систему, понимаемую как отдельная сфера реальности, конечная область значений; во втором – выводят за пределы  этой системы, указывают на иную, трансцендентную по отношению к ней реальность»3. Таким образом, когда события и явления рассматриваются в своем привычном, общепринятом статусе, они входят в знаковую систему повседневности, т.е. «нормализуются», а в художественном тексте представляют собой подробности, живописующие детали, которые сами по себе могут и не запоминаться, но содействуют созданию некоего образа, картины. Если же соответствующие «факты слишком настойчиво заявляют о своей необходимости, если они оказываются слишком реальными, если их не удается нормализовать и отбросить в сторону, тогда их приходиться интегрировать как указание на нечто иное, чем повседневность, т.е. на какую-то иную смысловую среду»4. С нашей точки зрения, явления природы в романе выступают не только как пейзажный фон, но и как знаки иной, трансцендентной реальности, что и дает основание трактовать их как символы.
 Солнце
 
Обратимся непосредственно к тексту. Солнце, раскалив Москву, валится за Садовое кольцо, на скамейке возле Патриарших прудов беседуют два литератора, в парке нет ни души, атмосфера странная, тревожная… Что она предвещает? В аллее показался первый человек, но это не праздный гуляющий гражданин, а сам всемогущий дьявол, встреча с которым перевернет жизнь каждого из героев романа. Нельзя не заметить странную и, на первый взгляд, неявную связь: сатана появился в аллее тогда, когда Берлиоз рассказывал Ивану про ацтекского бога Вицлипуцли. И, словно невзначай, дана характеристика солнца: «изломанное и навсегда уходящее от Михаила Александровича»[23]. Булгаков, несомненно, знал о том, что «религия ацтеков – культ солнца, его изображение – доминирующий мотив их искусства»5. Но если ацтеки видели в солнце воплощение гармонии, жизнеутверждающего начала, то булгаковское солнце несет в себе противоположный смысл – оно предвещает смерть.
 
Солнце сжигает не только Москву, но и Ершалаим. Ранним утром во дворце прокуратора нет свежести и прохлады, все заполняет удушающий запах розового масла. Этим утром Понтий Пилат совершит свой самый тяжкий грех, за который ему придется расплачиваться тысячелетиями. Сейчас он испытывает только физическую боль, но после вынесения приговора к ней прибавится и боль душевная. Могущественный прокуратор Иудеи не смог противостоять первосвященнику Каифе, испугался за себя, за свое положение, осудил на смерть невиновного. Да, трусость – самый страшный порок.
 
Иешуа, в отличие от Пилата, не трус. Ему «легко и приятно» говорить правду, он бесстрашно игнорирует тревожные сигналы прокуратора и охотно высказывает свои мысли о царстве истины, о власти, о состоянии самого Пилата. Солнце присутствует во время их разговора как немой свидетель тайной трусости Пилата и простодушного бесстрашия Иешуа. И обоим, несмотря на их противоположные позиции, оно предвещает муки: Иешуа – физические, Пилату – душевные. Солнце освещает разговор с Каифой, который подталкивает Пилата к преступлению: «Прокуратор /…/ увидел, что раскаленный шар почти над самой его головою, а тень Каифы совсем съежилась…»[49]. Вынесение приговора – солнечная кульминация для Пилата. В этот значимый в судьбе прокуратора момент «солнце, зазвенев, лопнуло над ним и залило ему огнем уши. В этом огне бушевали рев, визги, стоны, хохот и свист»[52]. Солнце сопровождает Иешуа во время крестного пути «как излучение жаркой и опаляющей реальности»6.  Под лучами палящего солнца беззащитный правдолюбец и философ гибнет на кресте. Казнь свершается при беспощадном свете солнца.
 
Л. Менглинова разделила роман на две сферы влияния: одна из них, как полагает исследователь, принадлежит Богу и освещается солнцем, другая – дьяволу, его светило – луна. «Солнце символизирует жизнь, истину, добро, это символ Бога, небесной высоты, подлинного света. Поэтому оно не случайно является постоянным спутником Иешуа»7, – пишет она. Действительно, солнце намекает на трансцендентную реальность Бога, но освещает оно такие события, которые приводят к мысли об ином наполнении этого символа. Помимо приведенных выше примеров, укажем еще на некоторые моменты.
 
Солнце незаметно присутствует во всех картинах разоблачения и наказания москвичей, начиная с эпизода профессионального крушения бездарного поэта Рюхина, который осознает всю никчемность своего существования именно на рассвете, и заканчивая проделками Коровьева и Бегемота, происходящими на закате (посещение Торгсина и Дома Грибоедова). Пестрой чередой проходят перед нами типы москвичей: директор Варьете Степа Лиходеев, председатель домоуправления Никанор Иванович Босой, дядя Берлиоза Поплавский, буфетчик Соков, профессор Кузьмин, сиреневый иностранец, посетители ресторана Грибоедова. В каждом из них свита Воланда разоблачает какой-нибудь порок: пьянство, взяточничество, лицемерие, жадность, надменность, самолюбование, лживость, тягу к сплетням и т.д. Солнце высвечивает грязь человеческих душ, а свита Воланда наказывает этих бездушных грешников. Разоблачения, которые происходят на сеансе черной магии, тоже можно отнести к разряду «солнечных». В описании сеанса есть немаловажная деталь, которая дает основание для такого вывода: «…в паутине трапеций под куполом, как солнце, зажглись белые шары»[128]. Необходимо заметить, что, по сравнению с теми разоблачениями, которые происходят при луне, «солнечные» имеют более сниженный, пародийный характер.
 
Однако солнце в романе имеет и еще одну функцию, связанную с мастером и Маргаритой. Оно благословляет их любовь: «Майское солнце светило нам», – вспоминает мастер; «Маргарита щурилась на яркое солнце, вспоминала свой сегодняшний сон, вспоминала, как ровно год, день в день и  час в час, на этой же самой скамье она сидела рядом с ним»[228]. Весть о том, что мастер жив и она может спасти его, приносит ей Азазелло и свидетелем их разговора является дневное светило. « Я погибаю из-за любви! – И, стукнув себя в грудь, Маргарита глянула на солнце»[235].
 
Таким образом, солнце не только освещает разоблачения людских пороков, но и благословляет тех, кто любит искренне и глубоко. Не случайно мастер и Маргарита покидают город на закате, а в Вечном приюте их встречает рассвет.
 
Тем не менее, в романе в целом солнце не несет положительной энергии. «Изломанное и навсегда уходящее»[23]; «безжалостный солнцепек»[36]; «солнце, с какой-то необыкновенной яростью сжигавшее Ершалаим»[45]; «раскаленный шар»[52]; «солнце, зазвенев, лопнуло над ним и залило ему огнем уши»[52]; «адская жара»[181]; «жар невыносим»[181]; «солнце сожгло толпу»[182]; «изломанное ослепительное солнце»[362]; «ломаное солнце, сверкающее в тысячах окон»[384]; «разбитое вдребезги солнце в стекле»[385]; «потухло сломанное солнце в стекле»[378] – таким предстает перед нами солнце в романе «Мастер и Маргарита». Солнце, по традиции источник жизни, в романе Булгакова безжалостно, жестоко, это вестник смерти. Материализацией солнечной зловещей энергии становятся пожары, полыхающие на страницах романа. Горят нехорошая квартира, дом Грибоедова, Торгсин. С одной стороны, это огонь очистительный, сметающий с лица земли притоны пороков и грехов, с другой стороны, апокалипсические мотивы романа получают здесь наиболее яркое выражение – город гибнет в адском огне. Горит и подвальчик мастера, но это огонь, поглощающий страдание, прежнюю жизнь, это сожжение земного следа.  К апокалипсическим мотивам относится и мотив разбитого, расколотого солнца: мир, где нет солнца, не может существовать. Думается, что именно прообраз возможной гибели человеческой вселенной символизируют разбитое вдребезги солнце и полыхающие пожары. Добавим к этому, что, так как в романе солнце намекает на трансцендентную реальность Бога, сломанное светило олицетворяет собой неверие. Собственный (и всеобщий) атеизм не раз подчеркивает Берлиоз в беседе с Воландом и в результате получает вечную тьму небытия. Гибель Берлиоза содержит намек на возможную гибель человечества в целом за его неверие и пороки. Булгаков показывает в своем романе, что со времен Иисуса Христа (Ершалаим) и до сего дня (Москва 30-х годов) человечество внутренне не изменилось к лучшему и не очень склонно к существенным изменениям, о чем свидетельствует эпилог романа, а это несет ему угрозу погружения в вечную тьму. Символ разбитого солнца, связывающий времена, как нам кажется, намекает на это.
 Луна
 
Если читатель, приобщившийся к роману «Мастер и Маргарита» впервые, мог не заметить его «солнечную» сторону, то лунные потоки, заливающие страницы книги, он вряд ли оставил без внимания. Булгаков, используя этот символ в своем произведении, учитывал его древнейшее происхождение и многогранный смысл. Со времен зарождения человечества луна имела большое значение в жизни людей. Ее свет был важен для ночной охоты; на основе лунных фаз были изобретены первые календари. Отчасти этим объясняется распространенность и мощь лунных культов и лунного символизма. «Луна для древних людей означала изобилие, циклическое обновление, бессмертие. Трехдневное отсутствие луны на небе, а затем ее новое появление сделали луну символом перехода от жизни к смерти и от смерти вновь к жизни»8, – пишет  Дж. Трессидер.
 
В романе Булгакова важные события происходят в ночь пасхального полнолуния. Трессидер отмечает, что «полная луна делит символику с кругом как знак цельности и совершенства»9. Это традиционная трактовка символа полной луны, и интересно рассмотреть, отвечает ли ей булгаковская луна.
 
Лунные ночи в романе принадлежат князю Тьмы, там царят  его деяния. Если следовать христианской концепции, то сатана – это искуситель, падший ангел, который толкает людей на преступления, совращает и соблазняет. Но сатана Булгакова – не просто черт, это –– «необходимый элемент модели мира»10. Ведомство Воланда занимается не искушением и совращением невинных душ, во всяком случае, не это его главная миссия в романе Булгакова, а, напротив, проверка человеческих душ на чистоту и нравственность. Дьявол жестоко наказывает тех, кто не несет в себе добра и любви, и в то же время щадит и спасает любящие грешные души.
 
Лунный свет пронизывает и древние, и современные события. «Зыбкая лунная дорожка связывает миры», – отмечает М. Петровский11. «Этот свет, так или иначе, «задевает» ряд персонажей романа. Он связан прежде всего с представлениями о мучениях совести – с обликом и судьбой испугавшегося за свою «карьеру» Понтия Пилата», - пишет В. Е. Хализев12.  Действительно, мучения Пилата напрямую связаны с лунным светом, который указывает прокуратору на неминуемую гибель: «прокуратор все силился понять, в чем причина его душевных мучений. И быстро он понял это, но постарался обмануть себя. Ему ясно было, что сегодня днем он что-то безвозвратно упустил, и теперь он упущенное хочет исправить какими-то мелкими и ничтожными, а главное, запоздавшими действиями»[314]. И позже, в своем фантастическом сне о прогулке по лунной дороге вместе с бродячим философом, Понтий Пилат согласен на все, чтобы «спасти от казни решительно ни в чем не виноватого безумного мечтателя и врача»[323]. Но невозможно повернуть время вспять, и двенадцать тысяч лун будет терзаться угрызениями совести пятый прокуратор Иудеи Понтий Пилат, пока не получит прощения.
 
Луна сопутствует и другому виновнику гибели Иешуа – Иуде из Кириафа. «Лампада луны» освещает его путь к Гефсиманским садам: «Дорога вела в гору, Иуда поднимался, тяжело дыша, по временам попадая в узорчатые лунные ковры…»[320]. А. Минаков отмечает, что, когда «Иуда идет навстречу своей смерти»13, именно луна является вестником гибели.
 
Но не только прокуратора и Иуду «задевает», облачает лунный свет. Мастер, главный герой романа, всегда является читателю «в лунном одеянии». Гений, угадавший далекие ершалаимские события, он весь отдан потустороннему миру Воланда. И именно сатана возрождает мастера – не для света, но для покоя.
 
С мастером неразрывно и таинственно связан другой герой романа, Иван Бездомный. Луна и незримо, неотлучно сопутствующий ему Воланд способствуют перерождению Ивана: попав в сумасшедший дом, он осознает всю нелепость своего прежнего существования и становится новым человеком. Поэтому ему открывается далекий Ершалаим, поэтому к нему каждую весну приходит один и тот же сон: по широкой лунной дороге идут неразлучные двое: один в белом плаще с кровавым подбоем, другой – в разорванном голубом хитоне. Ивану только раз в году открывается тайное знание, и тогда «лунный путь вскипает, из него начинает хлестать лунная река и разливается во все стороны. Луна  властвует и играет, луна танцует и шалит. Тогда в потоке складывается непомерной красоты женщина и выводит к Ивану за руку пугливо озирающегося обросшего бородой человека»[397]. Лунное наводнение означает открытие истины для Ивана, который на одну ночь становится гением. А наутро вновь погружается в бездарный покой.
 
В книге Г.М. Ребель «Художественные миры романов Михаила Булгакова» интересно и неординарно трактуется символ луны – «как знак мистического перелома судьбы и символ творческого приобщения к таинственной сути бытия»14 Ивана Бездомного. Мастер – «лунный двойник» поэта, «прямой результат «раздвоения Ивана», его личностный «иновариант», на материале судьбы которого «проигрывается и свободный творческий полет, и неминуемое возмездие за него»15. Луна – «тайная покровительница и союзница»16 Ивана – способствует рождению гениального романа и романтической истории любви мастера и Маргариты.
 
А. Минаков пишет, что луна «знаменует присутствие сил тьмы»17 и почти всегда связана с зеленым цветом. «Зеленый цвет у Булгакова является символом коварства, колдовства, опасности»18, – отмечает и О. Кузнецова. «Сквозь слабо покрытые зеленью ветви клена» видит луну Римский перед встречей с нечистью; «полная, видная сквозь ветви клена» луна освещает Маргариту и становится свидетелем ее превращения в ведьму.
 
Лунный мир для Маргариты - это мир фантастики, волшебства. Королева Марго, хозяйка бала ста королей, «невеста» Воланда и возлюбленная мастера, Маргарита из чуть косящей на один глаз ведьмы становится «непомерной красоты» женщиной.
 
Картины сказочного ночного полета, когда толстомордые лягушки играют марш, прозрачные русалки и нагие ведьмы танцуют на речном берегу, ни на минуту не перестают освещаться луной. А.Минаков считает, что общая символика шабаша – русалки, лягушки, луна, река – «связана именно со стадией Nigredo (почернения), и каждый из символов обозначает одновременно и смерть, и будущее воскресение Маргариты»19.  Однако луна выступает и как символ призрачности, нереальности этого мира. Маргарита чувствует, что этот покинутый ею берег реки она больше никогда не увидит и больше ей не придется испытать волшебное чувство полета.
 
Следующий за этим бал весеннего полнолуния околдовывает своим размахом, поистине королевским великолепием. Маргарита видит тропический лес, колонны тюльпанов и роз, белых медведей, фокусника-саламандру, слышит, как играет оркестр. Но под конец «толпы гостей стали терять свой облик. И фрачники и женщины рассыпались в прах. Тление /…/ охватило зал, над ним потек запах склепа. Колонны распались, угасли огни, все съежилось, и не стало никаких фонтанов, тюльпанов и камелий»[280]. Мир бала – это тоже призрачный мир, который рассыпается в прах при крике петуха, но возрождается на следующую ночь. И луна выступает символом этого тлена и возрождения.
 
Исчезли гости, украшения, залы, но Воланд и его свита остались. «На пол лег зеленоватый платок ночного света»[289] – и мастер вернулся к своей возлюбленной; еще несколько мгновений – и оба они оказались в подвале маленького домика. «Ничто не исчезало, всесильный Воланд был действительно всесилен…»[302].
 
Тихое счастье в подвальчике не могло быть финалом. Булгакову важно восстановить справедливость в мире, представить всех в настоящем обличье, а влюбленных наградить покоем. Это делает Воланд при обманчивом, таинственном, мистическом свете луны. Последний полет в лунном свете, когда срываются маски, логически завершает роман.
 
В. Крючков пишет: «Лунный свет – люциферический, обманный, неистинный свет»20.  Это так и одновременно не так. Во время последнего полета лунный свет снимает с героев маски, обнажая их истинную сущность. «Ночь густела, летела рядом, хватала скачущих за плащи и, содрав их с плеч, разоблачала обманы. И когда Маргарита /…/ открывала глаза, она видела, как меняется облик всех летящих к своей цели. Когда же навстречу им из-за края леса начала выходить багровая  и полная луна, все обманы исчезли, свалилась в болото, утонула в тумане колдовская нестойкая одежда»[381]. Луна выступает как символ истины, правды, которая принадлежит Воланду. Он открывает ее только тем, кто заслужил это.
 
Таким образом, содержание символа луны в романе неоднозначно: «с одной стороны, она тревожный предвестник гибели, а с другой – знаменует собой катарсистическое разрешение трагедии»21.
 
Описание лунных ночей в романе дано более развернуто, нежели «солнечных» эпизодов (из 32-х глав луна присутствует в 13-ти). В романе царствует дьявол, ведь именно ему принадлежит ночное светило. Кроме того, преобладание в романе темного времени суток опять-таки подталкивает к мысли о глобальном преобладании тьмы, о зыбкости, непрочности и обманчивости света. И тем не менее луна в романе неразрывно связана с творчеством: она неизменно сопутствует мастеру, она способствует духовному преображению Ивана Бездомного, а именно творчество, по Булгакову, единственное, что может спасти человечество от тьмы небытия. Поэтому лунное наводнение в финале романа смывает все тягостные, мрачные предчувствия конца света, оставляя в итоге мысли о вечности любви, необоримости творческого дерзания и ощущение светлой, а значит, созидательной, а не разрушительной грусти.
 Гроза
 
«Грозы проносятся по страницам романа. Московские грозы, в которых родился Воланд, в которых соткался древний Ершалаим и эта мечта о бессмертии и возмездии», - пишет Л. Яновская22.
 
В религиях многих народов гроза означала Божье могущество. Удар молнии, раскаты грома – символы, несущие и разрушительное, и созидательное начало, ассоциировались с оплодотворяющей силой, а также с возмездием и правосудием. Думается, что Булгаков наделяет грозу в романе и иными значениями.
 
В романе три грозы, из которых две происходят в Москве.
 
Первый удар грома провозгласил начало справедливого наказания, осуществляемого нечистой силой. Эта гроза не так страшна, как последующие, и более достоверна, реальна в своем конкретном воплощении: «…вода с грохотом и воем низвергалась в канализационные отверстия, всюду пузырилось, вздувались волны, с крыш хлестало мимо труб, из подворотен бежали пенные потоки»[123]. Однако символическое ее наполнение очевидно: грозой уносит с московских улиц не только пыль тротуаров и шоссе, но и грязь человеческих душ, зараженных жаждой наживы, карьеризмом, обезображенных злом. Свита Воланда выполняет свою очистительную функцию вместе с грозой.
 
Эта же гроза подготавливает Ивана к новому восприятию мира, к перерождению: «К тому времени, как появилась издалека пугающая туча с дымящимися краями и накрыла бор и дунул ветер, Иван почувствовал, что обессилел, что с заявлением ему не совладать, не стал поднимать разлетевшихся листков и тихо и горько заплакал»[125]. Предгрозовой ветер сдувает листки, словно отрицая, перечеркивая ординарное мышление Ивана. Поэт и сам предчувствует изменения, потому не продолжает своих попыток написать заявление.
 
Вторая по счету гроза происходит в Ершалаиме и по своему сюжетному значению она самая важная.
 
«Гроза начнется позже, к вечеру», – говорит Иешуа Га-Ноцри[37]. «Сегодня душно, где-то идет гроза», – словно откликается первосвященник Каифа[47]. И она, предсказанная столь разными людьми, приходит. Грозовая туча проглотила солнце, поднимаясь грозно и неуклонно. «Края ее уже вскипали белой пеной, черное дымное брюхо отсвечивало желтым. Туча ворчала, и из нее время от времени вываливались огненные нити»[188]. Б. Соколов отмечает, что в романе очень важна цветовая символика. Черное и желтое – цвета тревожные, вестники несчастья. А. Минаков пишет, что черно-желтая грозовая туча символизирует смерть23. Гроза происходит в момент смерти Иешуа и знаменует собой вселенскую катастрофу. Не случайно погубивший бродячего философа Понтий Пилат воспринимает грозу так мучительно остро: «…Лишь только дымное черное варево распарывал огонь, из кромешной тьмы взлетала вверх великая глыба храма со сверкающим чешуйчатым покровом. Но он угасал во мгновенье, и храм погружался в темную бездну. Несколько раз он выскакивал из нее и опять проваливался, и каждый раз этот провал сопровождался грохотом катастрофы»[303]. Вселенская катастрофа сопрягается с катастрофой в душе Пилата.
 
Б. Соколов пишет, что при создании картины грозы в Ершалаиме Булгаков выписал то место из книги Д. Штрауса «Жизнь Иисуса», где говорилось, что «причиной тьмы, которую один Лука определяет более точным образом как затмение солнца, не могло быть естественное затмение: в то время было пасхальное полнолуние… Таким образом, подтверждалось, что причиной затмения была скорее всего грозовая туча…»24   Булгаков, основываясь на реальных фактах, создает величественную и страшную картину Апокалипсиса: «Тьма, пришедшая со Средиземного моря, накрыла ненавидимый прокуратором город. Исчезли висячие мосты, соединяющие храм со страшной Антониевой башней, опустилась с неба бездна и залила крылатых богов над гипподромом, Хасмонейский дворец с бойницами, базары, караван-сараи, переулки, пруды… Пропал Ершалаим – великий город, как будто не существовал на свете»[303]. Это описание перекликается с последней московской грозой в романе: «Эта тьма, пришедшая с запада, накрыла громадный город. Исчезли мосты, дворцы. Все пропало, как будто этого никогда не было на свете»[366]. Однако в московских главах описание грозы менее эффектно, не столь сокрушительно величественно. В то же время здесь Булгаков выходит на более широкий круг обобщений: если в первом случае «пропал Ершалаим», то во втором – «все пропало». Мотив Апокалипсиса, который проходит через все глобальные природные символы, в грозе воплощается наиболее полно.
 
Гроза в романе происходит на переломе дня в ночь, это словно ворота в царство тьмы. Через них и уходят мастер и Маргарита, чтобы получить вечный покой. «Гроза - знак слияния огня и тьмы, карающая и благая одновременно», она «связана непосредственно с преисподней, через которую должен пройти человек, жаждущий освободиться от оков»25.  Находясь на стыке солнца и луны, гроза каждый раз завершает определенный этап в жизни героев романа.
 
Первая, московская, гроза подводит итог существованию Ивана Бездомного как члена МАССОЛИТа, сочинителя бездарных стихов и способствует появлению «нового», талантливого, одержимого «Понтием Пилатом» Иванушки. Вторая гроза, ершалаимская, которую можно сопоставить с вселенской катастрофой, знаменует завершение земного пути Иешуа, трагический финал его физического существования. Одновременно она знак душевного переворота, происшедшего с Понтием Пилатом, который осознает всю тяжесть своей вины за смерть бродячего философа. Третья гроза, последняя, довершает все, что нужно довершить: подводит итог земной жизни мастера и Маргариты, передает Ивану от мастера романную, т.е. творческую, эстафету. Эта гроза – символ перехода в инобытие.
 
Грозы в романе явно тяготеют к нечистой силе, князю Тьмы. Ведь Воланд в своем итоговом обличье – черная туча, глыба мрака. Он порожден грозой, именно ему принадлежит ее колдовская сила. Гроза в романе – это и справедливый суд, и награда за любовь и верность, и ворота в иной мир, и символ вселенской катастрофы.
 
Соотношение глобальных природных символов в романе можно схематично представить так, как это показано нами на соответствующей карте. Действие в романе развивается по спирали, и гроза оформляет конец каждого витка, выводя героев романа на следующий этап уже преображенными, существующими в новом статусе. На карте заметно явное преобладание «лунных» эпизодов над «солнечными». Карта наглядно подтверждает, что началом романа правит солнце, нагнетая тяжелые и мрачные настроения (это эпизоды встречи Воланда и литераторов, допрос Иешуа, саморазоблачение Рюхина, казнь и др.); «солнечные» эпизоды в конце романа усиливают его апокалипсическое звучание. Центр же произведения отдан луне, «лунные» эпизоды занимают виток, на котором происходят основные события (раздвоение Ивана и явление мастера, преображение Маргариты и бал ста королей, убийство Иуды и раскаяние Пилата). Здесь сосредоточена философская квинтэссенция романа, мысли Булгакова о добре и зле, свете и тьме, трусости и верности, любви и смерти. Мысль о творчестве как спасении раскрывается в финале, поглощаемом лунным наводнением. Герои романа, начиная свой путь при солнце и проходя через грозовые ворота, уходят в лунный мир, который дарит им покой и творчество.
 
В заключение очень коротко скажем о других романных символах.
 
Среди локальных природных символов выделяются растения, птицы, животные.
 
Анализ символики растений (роз, плюща, винограда), птиц (ласточки, воробья, попугаев, совы и ворон), животных (кота, собаки, коней) приводит к выводу, что содержание и соотношение этих локальных символов подтверждает сложившуюся на основе анализа глобальных природных символов концепцию о количественном преобладании апокалипсических мотивов, темных сил, с которыми ассоциируются розы, плющ, черный кот и кони, воробей и попугаи, сова и вороны. Им противостоят знак творческого начала (виноград), знак спасения (ласточка), символ верности (собака).
 
Среди символов вещественного мира романа наиболее значимые – символ зеркала; символы одежды героев (плащ, пальто, шапочка, перчатка, хитон, фрак); предметы – предвестники гибели (вино, масло, нож, чаша); атрибуты Воланда (бриллиантовый треугольник, шпага, глобус, медальон в виде жука, изображение черного пуделя); атрибуты творчества (лампа, свеча).
 
Основным сюжетно-композиционным принципом построения романа является зеркальность, поэтому символ зеркала – один из самых ярких. Зеркала в романе неразрывно связаны с появлением и деяниями сил тьмы. Зеркало означает некую дверь, через которую происходит связь реального и потустороннего миров. Так же, как и зеркала, с нечистой силой связаны стекла, особенно разбитые, а также осколки вообще. Думается, что множество осколков, рассыпанных по роману, наряду с упоминанием разбитых светил – солнца и луны, еще раз подтверждает мысль о возможной гибели мира, его хрупкости, бренности.
 
Среди многочисленных одеяний героев особую символическую функцию несет плащ (или пальто): белый, с кровавым подбоем плащ прокуратора, траурный, подбитый огненной материей плащ Воланда, черные пальто и плащи мастера и Маргариты. Здесь плащ и знак избранности, и знак отъединенности от окружающего мира, и знак причастности тьме (плащи влюбленных), и знак контраста номинальной чистоты и сущностной кровавой жестокости (плащ Понтия Пилата), разрушения и созидания (плащ Воланда). Похожее по форме, но разительно контрастное по цвету одеяние Иешуа (голубой хитон) – знак устремленной в вечность истины.
 
И на этом уровне мы видим преобладание темных, трагических, зловещих начал, что подтверждается преобладанием в романе и предметов-предвестников гибели (нож, вино, масло), которые выступают как орудия тьмы, несут боль, страдания, неразрывно связаны с кровью; и многочисленных атрибутов Воланда (шпага, глобус, треугольник, изображение черного пуделя, жук-скарабей), подчеркивающих могущество князя Тьмы. На уровне вещественных символов единственной альтернативой зловещим знакам господства темных сил выступает горящая свеча – символ вдохновения, творчества, прозрения, а, следовательно, и преодоления тьмы.
 
«Там, где нельзя дать предметы, рождаются символы для выражения иносказательного, неизреченного путем соответствий между внешним миром и миром наших мечтаний; при этом видимый предмет, посредством которого художник выражает свои идеи и неясные настроения, не только есть нечто, но и означает нечто, понятое, как нечто иное, стоящее вне его сущности, но связанное с ним больше, чем простая ассоциация. Пользуясь символикой, художник не показывает вещи, а лишь намекает на них, заставляет угадывать смысл неясного. Символы – это только вехи, поставленные художником для нашей мысли»26.
 
-----
1. Булгаков М. А. Мастер и Маргарита. М.: Современник, 1988. С. 19. В дальнейшем ссылки на это издание даются в тексте статьи.
2. Лакшин В. Я. Пути журнальные. М., 1990. С.221.
3. Ионин Л. Г. Две реальности «Мастера и Маргариты».// Вопросы литературы,  1990, №2. С.48.
4. Там же.
5. Бауэр В., Дюмотц И., Головин С. Энциклопедия символов. – М.,1995. С.90.
6. Лакшин В. Я. Указ. изд. С. 221.
7. Менглинова Л. Б. Гротеск в романе «Мастер и Маргарита».// Творчество Михаила Булгакова: Сб. статей. Томск, 1991. С. 60.
8. Трессидер Дж. Словарь символов. М., 1999. С. 203.
9. Там же. С. 203.
10. Крючков В. «Он не заслужил света, он заслужил покой…» // Литература в школе, №2, 1998. С. 56.
11. Петровский М. Смех под знаком Апокалипсиса. // Вопросы литературы, №1, 1991.С. 12.
12. Хализев В. Е. Теория литературы. М., 2000. С. 268.
13. Минаков А.В. Указ. изд. С.45.
14. Ребель Г.М. Художественные миры романов Михаила Булгакова. Пермь: ПРИПИТ, 2001. С.138.
15. Там же. С. 150.
16. Там же. С. 139.
17. Минаков А.В. Указ. изд. С.20.
18. Кузнецова О.Г. Цветосимволика в романе М.А. Булгакова «Мастер и Маргарита».// В сб. «Возвращенные имена русской литературы». Самара, 1994. С. 155.
19. Минаков А.В. Указ. изд. С.47.
20. Крючков В. Указ. изд. С. 12
21. Минаков А.В. Указ. изд. С.21.
22. Яновская Л. Творческий путь Михаила Булгакова. Указ. изд. С. 310.
23. Минаков А.В. Указ. изд. С.32.
24. Соколов Б.В. Роман М. Булгакова «Мастер и Маргарита». Указ. изд. С. 87
25. Минаков А.В. Указ. изд. С.20.
26. Литературная энциклопедия. М. – Л.: 1925. т. 2.