"...читать нужно не для того, чтобы понять других, а для того, чтобы понять себя". Эмиль Мишель Чоран

понедельник, 23 сентября 2013 г.

Как банкноту назовешь…

Правду говорят, мы часто не замечаем вещей, которые нас окружают. А ведь для лингвиста, как и для любого ученого, наблюдательность, иногда принимающая крайне забавные формы, является необходимым профессиональным качеством. Казалось бы, кому может прийти в голову разглядывать китайскую ассигнацию, когда ее можно разменять на что-нибудь съестное? А вот лингвистам Иэну Барреру и Виктору Мейру — пришло.
Ученых заинтересовал такой факт:
на китайской банкноте достоинством в один цзяо (см. иллюстрацию) ее название дано не только на китайском языке, но и на четырех других языках, которые признаются официальными в отдельных частях страны: монгольском, тибетском, уйгурском и чжуанском (слева направо по нижнему краю). Все четыре языка принадлежат к разным языковым семьям и используют разные системы письма. Таким образом, можно сказать, что на денежном знаке продемонстрировано языковое богатство Китая. Но почему из более чем пятидесяти языков Китая (надо оговориться, что власти КНР признают существование только 56 языков, а сколько их на самом деле, никто не знает) официальными признаны только эти пять? И более того, что из себя представляет, например, официальный чжуанский язык? Почему специалисты говорят, что написанное по-чжуански на одном цзяо не соответствует реальному употреблению этого языка? Все эти вопросы соприкасаются с областью, которую исследует социолингвистика, наука о взаимодействии языка и общества. Конечно, языковая политика и национальные языки — лишь малая часть явлений, которые попадают в поле зрения социолингвистов, изучающих также взаимодействие языка и культуры, различия в речи разных социальных групп, многоязычие и т. д. Не стоит даже и говорить о том, что в многонациональной России этот раздел лингвистики чрезвычайно актуален, пусть даже на рублевых купюрах надписей на балкарском и коми не найти.