"...читать нужно не для того, чтобы понять других, а для того, чтобы понять себя". Эмиль Мишель Чоран

воскресенье, 15 мая 2016 г.

Лев Оборин. Последние пять лет русской поэзии - краткий обзор: каковы тенденции, что важно?

1) Общее состояние длящейся дисперсии, все большего расхождения поэтических голосов, способов и прагматик поэтического говорения, стало сменяться новой кластеризацией, причем разноуровневой, то есть одно может накладываться на другое. Например, выделилась группа «левых» поэтов, достаточно вольно связанных с альманахом «Транслит» (Павел Арсеньев, Роман Осминкин, Галина Рымбу, Никита Сунгатов, Эдуард Лукоянов) и в то же время достаточно распространенной стала «безличная», «бессубъектная» лирика (Кирилл Корчагин, Денис Ларионов, Никита Сафонов, Владимир Лукичев, Александра Цибуля, Алексей Порвин), где фокус внимания смещается с фигуры говорящего на то, что и как он видит и компонует. Притом эти разнопорядковые круги вполне могут пересекаться. 

Оформились идеологические противостояния: от мягких, скорее эстетического свойства (длящееся с 1990-х и не всегда артикулированное противостояние «Вавилона» / «Воздуха» / «Нового литературного обозрения» и «Ариона» / старых «толстых журналов») до жестких, политического свойства («либералы» vs «патриоты»). Политика проникла в тексты авторов, ранее не проявлявших к ней особого интереса, люди рассорились, перестали разговаривать, печататься друг у друга; некоторые авторы по своей воле или вынужденно эмигрировали. Русскоязычные поэты Украины едва ли теперь согласятся называть себя русскими поэтами. Литературный быт и литературный процесс тесно взаимосвязаны, и все это, конечно, отражается и на происходящем собственно в словесном поле. 
В целом тренд на политизацию поэзии усилился — из-за происходящего в стране и мире. Этот тренд затрагивает и авторов прошлого, пересмотр их наследия. Интерес к поэтической классике и политическому моменту обеспечил популярность такому проекту, как «Гражданин поэт» Дмитрия Быкова. Авторы националистического/консервативного фланга, например Захар Прилепин и Владимир Бондаренко, в свою очередь, пытаются запустить программы «присвоения», склонения под свои знамена покойных поэтов: Бродского, Бориса Рыжего. 
2) Появилось много новых институций, и в целом возрос уровень самоорганизации в поэтическом сообществе. Журнал «Воздух» из относительно нового предприятия превратился в магистральное явление — по-английски к нему можно было бы применить эпитет established. Альманах «Транслит» стал, может быть, главным «тематическим» изданием, в каждом номере поднимающим и решающим те или иные проблемы актуальной словесности (и не только): памятны, например, номера о советской литературе и о языковой школе. Возникли журналы Homo Legens, «Плавучий мост», Prosodia, портал «Лиterraтура». Молодые авторы продолжают активно публиковаться на ресурсе «Полутона». Появились новые поэтические премии: «Различие», Премия Аркадия Драгомощенко; русско-итальянская премия «Белла»; премия издательства «Русский Гулливер». Продолжает работать премия «Дебют», хотя повышение ее возрастной планки до 35 лет оставляет в списках авторов в целом уже известных. Возникли такие самодельные и при этом значимые поэтические издательства, как Tango Whiskyman и «Красная ласточка»; ожили поэтические серии нижегородского Арсенала и самарского «Цирка Олимп»; до уровня одного из лучших развилось нью-йоркское издательство Ailuros Publishing; в Латвии к издательству группы «Орбита» присоединилось Literature Without Borders. Написан и опубликован учебник «Поэзия». Работает исследовательский семинар «Мировые поэтические практики».
Некоторые институции стали утрачивать значимость: национальная премия «Поэт», замышлявшаяся как главная поэтическая премия страны, в последние годы награждает авторов-традиционалистов, давно не создающих ничего принципиально нового; прекратила существование премия для молодых авторов «ЛитератуРРентген». К сожалению, исчезли некоторые фестивали — например, пермская SlovoNova. Тиражи бумажных поэтических книг остаются небольшими или прямо коллекционными, хотя издания классики по-прежнему продаются, а несколько крупных издательств сохраняют у себя и серии современных авторов.
3) Новый расцвет в связи с повсеместностью социальных сетей переживает дилетантская «сетевая поэзия»: появляются новые кумиры тысяч человек, чьи тексты, как правило, отличаются низким качеством. Из «Стихов.ру» эта поэзия переместилась на сайт «Вконтакте». Впрочем, эти авторы также самоорганизуются, проводят свои концерты (вполне успешные коммерчески), выпускают книги и обычно не желают знать ни о том, что происходило в поэзии между Маяковским и ними, ни о том, что происходит параллельно с их опытами. В широкое бытование вошли такие сетевые жанры, как пирожки и порошки.
В целом, кажется, поэзией стало модно интересоваться (или, по крайней мере, более модно, чем 10 лет назад): о современных авторах пишут такие издания, как «Афиша» и The Village, на телеканале «Культура» существует программа «Вслух», редкий литературный фестиваль и фестиваль искусств обходится без поэтической программы, да и на сайте TheQuestion, как видим, задают умные и серьезные вопросы. Выступления авторов, изначально получивших популярность в Сети, таких как Вера Полозкова, собирают тысячные залы; на выступления авторов старшего поколения, например, в московском клубе «Дом 12», тоже приходит много людей — не тысячи, конечно, но вполне себе сотни; десять лет назад это было нелегко себе представить. Слэмы привлекают довольно много слушателей, а рэперские баттлы собирают сотни тысяч и даже миллионы просмотров на YouTube. 
4) В связи с работой таких авторов, как Станислав Снытко, Денис Осокин, Галина Ермошина, Александр Уланов, Андрей Сен-Сеньков, Ростислав Амелин, актуализировался спор о границах между прозой и поэзией (памятен казус невключения Станислава Снытко в короткий список Премии Драгомощенко): сторонники четкого разграничения говорят о том, что стихами можно называть только тексты, записанные «в столбик» или содержащие указание на регулярное ритмическое членение; сторонники проницаемости границ говорят о воле автора давать текстам формальные обозначения, вспоминают жанр «стихотворения в прозе» и напоминают о предвидениях «прозо-поэтического синтеза», сделанных еще в первой половине XX века.
4) Вышли многие очень важные книги и тексты. Я назвал бы такие (в алфавитном порядке):
Шамшад Абдуллаев, «Приближение окраин»; Михаил Айзенберг, «Справки и танцы»; Ростислав Амелин, «Античный рэп»; Полина Барскова, «Сообщение Ариэля»; Василий Бородин, «Лосиный остров»; Владимир Гандельсман, «Читающий расписание»; Анна Глазова, «Опыт сна»; Линор Горалик, «Так это был гудочек»; Фаина Гримберг, «Четырехлистник для моего отца»; Григорий Дашевский, «Стихотворения и переводы»; Аркадий Драгомощенко, «Тавтология»; Михаил Еремин, «Стихотворения. Кн. 5»; Сергей Завьялов, «Советские кантаты»; Ян Каплинский, «Белые бабочки ночи», Алексей Колчев, «Частный случай»; Денис Ларионов, «Смерть студента»; Василий Ломакин «Стихи 2003–2013 гг.»; Роман Осминкин, «Товарищ-вещь»; Алексей Порвин, «Стихотворения»; Виталий Пуханов, «Школа милосердия»; Мария Рыбакова, «Гнедич»; Галина Рымбу, «Передвижное пространство переворота»; Федор Сваровский, «Слава героям»; Мария Степанова, «Киреевский»; Олег Юрьев, «О Родине». Наверняка, конечно, пропустил важные вещи. 
Продолжают писать и  публиковать стихи такие «живые классики», как Сергей Гандлевский, Алексей Цветков, Бахыт Кенжеев, Олег Чухонцев, Евгений Рейн, Анатолий Найман, Александр Кушнер. 
Академически опубликованы, впервые опубликованы или впервые за долгое время переизданы такие значительные (а иногда и попросту важнейшие) авторы прошлого, как Александр Введенский, Николай Олейников, Павел Зальцман, Сергей Нельдихен, Константин Вагинов, Ян Сатуновский, Всеволод Некрасов, Михаил Соковнин, Сергей Чудаков, Алексей Парщиков. Начато издание собрания сочинений Д.А. Пригова.
Переводы зарубежной поэзии влияют и на русскую поэзию. Вышли переводные книги Пауля Целана, Тумаса Транстремера, Ханса Фаверея, Ингер Кристенсен, Шеймаса Хини, Чеслава Милоша, Тадеуша Ружевича, Томаса Венцловы, Майкла Палмера и других крупных поэтов XX и XXI веков. В «Транслите», как я уже писал, вышел номер, посвященный «языковой школе» — и в нем убедительно продемонстрированы русские соответствия поэтике этой школы. «Воздух» и «Новый мир» активно публикуют украинских авторов. Наталия Азарова подготовила книгу новых переводов Ду Фу. Юлия Дрейзис сделала проект «стихо(т)ворье», посвященный современной китайской поэзии. Появилось несколько антологий: венгерская, сингапурская, грузинская, японская; готовится польская. Многие русские авторы были переведены на иностранные языки. 
5) От нас ушли Аркадий Драгомощенко, Наталья Горбаневская, Григорий Дашевский, Константин Кузьминский, Инна Лиснянская, Игорь Меламед, Алексей Колчев, Василий Филиппов, Виктор Iванiв, Владимир Британишский, Мирослав Немиров. Смерть каждого из них — завершение тех возможностей, которые открывали в языке только они. Исчезновение чего-то значительного в поэтическом пространстве.